Дуэт Луганского и Руденко открыл Весенний фестиваль в «Сириусе»

В программках фестивальных открытий обычно значится нечто монументальное: симфонии, инструментальные концерты с оркестром, хоровая музыка, опера. Организаторы IV Весеннего музыкального фестиваля в «Сириусе» сделали ставку на камерную музыку. На то, что два рояля и два пианиста-виртуоза смогут задать тон большому трёхнедельному марафону без оркестрового масштаба. И не прогадали.

Николай Луганский и Вадим Руденко вышли на Камерную сцену Концертного центра «Сириус», чтобы исполнить музыку авторов, родившихся в одно десятилетие. Рахманинов (1873), Равель (1875), Метнер (1879) были не только композиторами, но и виртуозными пианистами, все трое, по точному замечанию Луганского, «избежали влияния авангардизма и модернизма» и продолжали писать мелодичную, тональную музыку, даже когда Шёнберг и Барток ломали музыкальный язык.

В первом отделении прозвучала Первая сюита Рахманинова — сочинение 1893 года, которое сам автор называл Фантазией. Четыре части с поэтическими эпиграфами из Лермонтова, Байрона и Тютчева: «Баркарола», «И ночь, и любовь…», «Слёзы», «Светлый праздник». Здесь ранний Рахманинов ещё ищет свой язык, но уже слышны узнаваемые черты: остинатные ритмы, колокольность, та особая распевность, что позже станет его визитной карточкой. Следом — «Вальс» Мориса Равеля, хореографическая поэма для оркестра в переложении для двух фортепиано. Музыка начинается как галантное приношение венскому вальсу, но постепенно в ней нарастает напряжение, чтобы к финалу обернуться головокружительной вакханалией.

Второе отделение открылось премьерой. Две пьесы Николая Метнера — «Русский хоровод» и «Странствующий рыцарь» — Луганский и Руденко исполнили впервые. Музыка, написанная в эмиграции в 1940–1945 годах: в «Хороводе» — сонатная форма с народными интонациями, в «Рыцаре» — драматическая фактура и полифонические хитросплетения. Завершил вечер Рахманинов уже зрелый — Вторая сюита для двух фортепиано создавалась параллельно со Вторым концертом. В четырёх частях сюиты — настоящий симфонический размах, виртуозность и та упругая ритмическая энергия, которую музыковеды называют «рахманиновским пульсом».

Между Рахманиновым и Метнером существовала не просто творческая перекличка — их связывала многолетняя дружба. Рахманинов помогал младшему товарищу в эмиграции, организовывал его концерты, их переписка продолжалась всю жизнь. Луганский и Руденко играют вместе три десятилетия. Их первый совместный концерт состоялся в 1995 году. «Он мой друг, потрясающий музыкант, феноменальный, совершенно уникальный пианист, ярчайшая личность. — сказал Луганский о партнёре. — Два рояля — это особое музицирование. Чтобы была сыгранность на два рояля, требуется больше усилий, чем сыграть фортепианное трио, или даже дуэт с виолончелью, со скрипкой, с флейтой, с кларнетом, потому что очень слышно, когда мы играем вместе, очень слышно, когда играем по-разному. Всё должно приводить к единой великой музыке». Дуэт Луганского и Руденко поражает своим гармоничным звучанием — идеальный ансамбль, рождённый десятилетиями доверия и практики.

После того как отзвучала Тарантелла и на бис сыграли «Либертанго» Астора Пьяццоллы и первую часть Симфониетты Николая Капустина (тоже в двухрояльной версии), случилось то, чего не планировали. В Сочи объявили беспилотную угрозу, зрителям рекомендовали не покидать здание. И публика осталась в зале. Так у них появилась редкая возможность пообщаться с Николаем Луганским. Народного артиста РФ не отпускали долго: автографы, совместные фото, воспоминания о прошлых концертах, слова благодарности. То, что могло стать досадным инцидентом, обернулось тёплым, живым разговором между музыкантом и теми, кто пришёл его слушать.

Фестиваль только начинается. До 25 марта в «Сириусе» можно будет услышать (открывается в новом окне)симфоническую и камерную музыку, посетить лекции и вечера балета.