Брух Макс

Первое музыкальное произведение Макс Брух сочинил в девятилетнем возрасте. Это была песня на день рождения матери. Именно мама Макса — певица, потерявшая голос, — была первой учительницей музыки, передавшей сыну любовь к мелодии.

Детство Бруха прошло в Кёльне, где отец служил заместителем начальника полиции. В доме часто бывали музыканты. В марте 1852 года Кёльнское филармоническое общество исполнило первую симфонию четырнадцатилетнего Бруха. В том же году за струнный квартет Макс получил финансовую поддержку от Франкфуртской Моцартовской стипендии. «Моцартовским подопечным», как его называли, занимался композитор Фердинанд Хиллер. После Кёльна Брух отправился в Лейпциг — город, где ещё помнили Баха и Мендельсона.

Там Брух познакомился с Игнацем Мошелесом, Фердинандом Давидом и Морицем Гауптманом. Однако вскоре судьба привела его в Боннский университет, где он недолго изучал философию, искусство и архитектуру, пока окончательно не оставил университет ради композиции.

Поворот в карьере происходит, когда Брух завершает оперу «Лорелея» на стихи Эмануэля Гейбеля — текст, от которого когда-то отказался Мендельсон. Премьера в Мангейме в 1863 году проходит с успехом. Но главное событие ещё впереди.

В 1865 году Брух получил место директора Музыкального института в Кобленце. Там он завершил работу над Первым скрипичным концертом, который начал сочинять годом ранее. Консультировал композитора скрипач Йозеф Йоахим. Премьера в окончательной редакции состоится в начале января 1868 года в Бремене. Успех будет оглушительным. Но со временем этот концерт станет для композитора проклятием. Публика и критики сведут всё его наследие к одному произведению. «Я написал дюжину опер, три симфонии, оратории, — жаловался Брух в старости. — Но все знают только этот концерт».

Дальнейшая карьера — это череда переездов: Сондерсхаузен, Берлин, снова Берлин, Бонн, Берлин… В 1880 году Брух уезжает в Ливерпуль, где становится директором Филармонического общества. Английская публика принимает его тепло — здесь исполняют его масштабные сочинения «Одиссея», «Арминия», Шотландскую фантазию для скрипки с оркестром. Но Брух тяготится зависимостью от комитетов. «Если ты живёшь там и хочешь чего-то достичь, ты должен полностью англизироваться, — писал он позже. — Для меня это было совершенно исключено».

В 1891 году Брух окончательно поселился в Берлине. Он получил место профессора композиции в Академии художеств и вёл мастер-класс. Среди его учеников — Отторино Респиги и Ральф Воан-Уильямс. «Он был суровым учителем, — вспоминал Воан-Уильямс. — Но именно он научил меня ремеслу».

Брух переживёт двух императоров, мировую войну и смерть жены. Он уйдёт из жизни в октябре 1920 года в Берлине, почти забытый. Но когда скрипачи по всему миру берут в руки инструменты, они играют его концерт — тот самый, который Брух называл «проклятым» и который подарил ему бессмертие.

«Мелодия — это душа музыки, её подлинное содержание, — говорил композитор, отстаивая классические идеалы. — Без неё музыка превращается в пустую форму, лишённую сердца».