Спендиаров Александр Афанасьевич
01.11.1871 – 07.05.1928
Александр Спендиаров: человек, который услышал Крым
Он дирижировал в пустом зале — и был счастлив. Не потому, что не заметил пустоты, а потому, что услышал, как играет первая скрипка. Такова была его мера успеха: не аплодисменты, не сборы, не слава, а то, как звучит музыка. Этому он остался верен всю жизнь.
Александр Афанасьевич Спендиаров родился 1 ноября 1871 года в Каховке, в семье армянского купца. Детство прошло в Симферополе. Отец — землевладелец и лесопромышленник — дал детям образование. Мать, окончившая Керченскую гимназию благородных девиц, привила любовь к музыке. Именно от неё Саша впервые услышал армянские, русские и украинские мелодии. Она первая заметила дар четырёхлетнего сына — светловолосого, светлоглазого мальчика, так похожего на неё.
В восемь лет он написал первый вальс. В гимназии сначала не прижился: сына купца дразнили за небольшой рост и застенчивость. Но всё изменилось, когда одноклассники и учителя услышали его импровизации на пианино.
Старший брат Леонид — деятельный, шумный, обаятельный — учился на естественном факультете Московского университета. Александр поступил туда же, но не выдержал сцен анатомического театра и перевёлся на юридический. Братья были неразлучны. Александр сочинял и играл, Леонид пел.
В 1895 году, уже с дипломом юриста, Спендиаров решился показать свои сочинения Римскому-Корсакову. Когда пришёл за ответом, композитора не было дома. Спендиарову передали визитную карточку, исписанную мелким неразборчивым почерком:
«Николай Андреевич Римский-Корсаков, просмотрев сочинения г-на Спендиарова, пришёл к заключению, что у него есть несомненные способности и стремление к правильности и что заниматься ему следует непременно. Конечные результаты предсказывать всегда опасно, но все данные для серьёзных занятий композицией есть».
Спустя некоторое время Римский-Корсаков согласился стать учителем.
«Великую радость и несказанное удовлетворение испытал я — и только с тех пор уверовал в свои силы», — вспоминал Спендиаров. Портрет учителя долгие годы висел в его кабинете.
В 1897 году Леонид поехал на Кавказ в научную экспедицию. Во время обхода он упал с лошади и получил тяжёлую травму головы. Вечером, несмотря на сильнейшие боли, выполнил намеченное — и скоропостижно умер. Ему было 28. Остались молодая вдова Варвара Мазирова — внучатая племянница Айвазовского — и младенец-сын.
Александр заботился о семье брата. Посвятил племяннику Колыбельную для скрипки и фортепиано. А через три года Варвара приняла его предложение. Скромное венчание состоялось в Одессе 27 февраля 1901 года.
«Пишите, дорогая, обожаемая Варюша, пишите как можно больше про крошечку и его маму, которых я люблю больше всего на свете, без которых нет для меня счастья, нет покоя, по которым я так тоскую, что ни одной ночи не засыпаю без слёз!..» — такие письма летели от него из Петербурга в Крым.
В подарок молодым отец преподнёс дом на Екатерининской улице в Ялте. Богатый, с садом, бассейном и флигелем, перестроенный восходящей звездой крымской архитектуры Николаем Красновым. Балконы в неогреческом стиле украсили кариатиды, как на Афинском акрополе, крышу — бюсты греческих мыслителей и грифоны. Мраморные полы, расписные стены с дубовыми панелями, изразцовые печи, мраморные камины.
Но примечателен дом был не только архитектурой. Здесь композитор прожил до 1916 года. Здесь он организовал музыкальную гостиную, куда приезжали Кюи, Гречанинов, Шаляпин и Рахманинов. С Чеховым сиживали на лавочке у книжного магазина, с Горьким гуляли по набережной. На монолог Сони из «Дяди Вани» Спендиаров написал мелодекламацию «Мы отдохнём». На текст Горького — балладу «Рыбак и фея».
В детстве Спендиаров приезжал в Карасубазар (ныне Белогорск, Крым) в дом деда, что находился на площади городка. Мимо внимания ребёнка не проходило ни одно празднество, будь то свадьба или ярмарка. С той поры крымско-татарские, армянские, цыганские напевы запомнились с детства.
«Надо было прожить несколько лет на севере и вдоволь наслушаться европейских звучаний, чтобы почувствовать своё прирождённое, органическое тяготение к восточной музыке», — шутил композитор.
В 1903 году в Ялте петербургский сезонный оркестр впервые сыграл «Крымские эскизы». Спендиаров вносил правки прямо на репетициях, добиваясь национального колорита.
«Едва прозвучала „Плясовая“, как нам показалось, что крымское солнце засияло над нами!» — вспоминал его друг, музыковед Александр Осовский.
Спендиаров первым познакомил мировую общественность с музыкой крымских татар. «Крымские эскизы» неоднократно звучали в России, Германии, Италии, Франции, Дании, Америке. Посвящены они были Айвазовскому.
После революции Спендиаров перебрался в Судак. Был председателем просветительной комиссии, создал народную гимназию, организовал хор из учителей, рабочих и учеников.
Однажды композитор приехал с концертом в Симферополь, рассчитывая на вырученные деньги купить крупы. Концерт состоялся в нетопленом, плохо освещённом зале. Александр Афанасьевич был во фраке. Бледный, вдохновенный, он дирижировал своей музыкой. Зал был пуст.
Фаина Раневская, тогда артистка Крымского драматического театра, вспоминала: «Я страдала за Спендиарова, который, к моему удивлению, явился после концерта очень довольный. „А знаете, дорогая, — сказал он, блаженно улыбаясь, — я очень доволен. Правда, сбора не было, но зато как играла первая скрипка, ах, молодец, первая скрипка!“ И долго он ещё расхваливал талант первой скрипки, а потом стал придумывать способ, как расплатиться с оркестрантами. Помнится, он попросил меня очень смущённо пойти с ним на рынок продавать часы с цепочкой для расплаты за концерт».
Продавать часы не пришлось: музыканты отказались от компенсации, а друзья скинулись ему на провизию.
«Гордый исхудавший гастролёр привёз домой пятипудовый мешок муки. На расспросы домочадцев с увлечением рассказывал только об игре оркестра. Ночью мешок с мукой был похищен. В тот же день С. вступил в ряды самоохраны, объявив войну грабителям», — вспоминала дочь Марина.
В 1917–1923 годах в Судаке Спендиаров создал героико-патриотическую оперу «Алмаст» — по поэме Ованеса Туманяна «Взятие Тмкаберта» об освободительной борьбе армянского народа против персидских завоевателей. Либретто написала поэтесса София Парнок. Композитор считал эту оперу вершиной своего творчества. Как-то сказал сыну:
«Если бы пропала рукопись „Алмаст“, я бы покончил с собой».
В 1922 году правительство Советской Армении пригласило Спендиарова переехать в Ереван и возглавить музыкальную жизнь республики. В Ереване увлёкся искусством Армении, создал «Ереванские этюды» и работал над оркестровкой оперы «Алмаст». Среди тех, кто показывал Спендиарову свои первые опыты, был молодой Арам Хачатурян.
«С огромным волнением я приносил ему на суд свои первые композиторские опыты, но его вдумчивое, серьёзное отношение к моему творчеству, внимательность и участие вдохновляли и поощряли меня», — вспоминал Хачатурян.
Позже Хачатурян скажет:
«По моему глубокому убеждению, Спендиаров и Комитас являются родоначальниками армянской классической музыки».
Александр Спендиаров умер 7 мая 1928 года в Ереване от крупозного воспаления лёгких. Он не успел завершить балет «Хандут». Четвёртый акт «Алмаст» остался неоркестрованным.
Ныне имя Александра Спендиарова носит Армянский академический театр оперы и балета. До сих пор стоит Ялтинский дом Спендиаровых — объект культурного наследия. И, конечно, осталась музыка. «Крымские эскизы», в которых крымское солнце впервые засияло над концертным залом. «Три пальмы» по Лермонтову, которую Фокин превратил в балет. «Алмаст», которая до сих пор идёт на сценах. И ученик — Хачатурян, — который стал голосом всей советской Армении.