Шостак Здзислав

Он был композитором, но в историю польского кино вошёл прежде всего как дирижёр, записавший саундтреки к огромному количеству фильмов. Здзислав Шостак стоял за дирижёрским пультом, когда записывали музыку Кшиштофа Киляра, Збигнева Прайснера, Зигмунта Конечного и других польских мастеров. Его имя в титрах мелькало постоянно, но редко кто задерживал на нём взгляд. Дирижёр, музыкальный оформитель. Никто не называл его композитором, хотя он был им. Просто собственная музыка Шостака терялась среди чужих шедевров, которые он же и выводил в свет. «Тот, кто оставался в тени», — скажут о нём после смерти. И это будет точнее любого звания.

Здзислав Шостак родился в Сосновце в 1930 году, учился в Катовице у Болеслава Шабельского — выдающегося представителя польской композиторской школы. Так будущий маэстро перенимал академические традиции напрямую, через поколение мастеров. Шостак начинал как хормейстер в Катовице, потом работал ассистентом дирижёра в Силезской филармонии. В конце пятидесятых уехал в Познань, где позже стал художественным руководителем местной филармонии. А в начале семидесятых перебрался в Лодзь, где на протяжении шестнадцати лет возглавлял Лодзинскую филармонию. Затем он оставил этот административный пост, но не ушёл на покой: сосредоточился на преподавании в Музыкальной академии в Лодзи и продолжил писать музыку.

Именно в Лодзи Шостак оказался в самом центре польской киноиндустрии. Дебют в кинематографе состоялся ещё в начале шестидесятых — он написал музыку для фильма «Мансарда». Но новой большой вехой стало сотрудничество с режиссёром Филипом Байоном. «Я не ожидал, что выбор падет на меня», — вспоминал Шостак. Байон ответил: «Я помню тебя из Познани. Ходил на все твои концерты».

Вершиной в композиторском творчестве Шостака стала музыка к телесериалу «Королева Бона» Януша Маевского. Симфоническая сюита из этого телефильма стала визитной карточкой композитора — той редкой вещью, которую исполняли в концертных залах уже без картинки.

При этом Шостак продолжал работать и как дирижёр, вникая в музыку других авторов. Именно под его управлением оркестр записывал сложнейшие партитуры для таких фильмов, как «Необыкновенное путешествие Бальтазара Кобера» Войцеха Хаса, «Стрингер» Павел Павликовского, а также для знаменитого цикла «Декалог» Кшиштофа Кесьлёвского и драмы «Европа, Европа» Агнешки Холланд.

В девяностые Шостак почти перестал писать для кино и сосредоточился на академической музыке. Главной работой своей жизни маэстро считал грандиозную Латинскую мессу для солистов, хора и оркестра, премьера которой состоялась в двухтысячные. «Я хотел отдать долг музыке, — объяснял композитор, — потому что впервые услышал её в костёле»

Шостак умер в Лодзи в 2019 году. Спустя всего несколько дней Лодзинская филармония открыла новый концертный сезон, посвятив первый вечер памяти музыканта. Никаких громких слов. Только сочинения, которые Шостак в тишине писал для себя, оставляя дирижёрскую палочку на сцене.

Здзислав Шостак вошёл в историю Польши как выдающийся дирижёр, а композиторская деятельность маэстро так или иначе оставалась в тени. Но, возможно, именно эти две половины жизни — громкая, дирижёрская, и тихая, композиторская — и составляли личность этого музыканта. Потому что свет и тень — две стороны одного целого.