Весна священная. Николай Рерих
Выпуск 12
В соответствии с требованиями РАО нельзя ставить на паузу и перематывать записи программ.
Либретто «Весны священной» Стравинский написал вместе с художником Николаем Рерихом — археологом, путешественником, защитником старины. Картины языческой Руси, которые были задуманы ими для дягилевских сезонов, должны были включать в себя игры и пляски древнего славянского племени, хороводы, обряды поклонения земле. А во второй части — также мистическую церемонию величания и принесения в жертву Избранницы. Невиданный экзотический материал!
Идея такой исторической фрески пришла в голову Стравинскому неожиданно, точно видение. «Это видение произвело на меня сильное впечатление, и я тотчас рассказал о нем моему приятелю, Николаю Рериху, картины которого воскрешали славянское язычество», — вспоминал позже композитор, сообщая, что идея поработать над темой привела художника в восторг. Так, будущий проект населили невиданные ранее персонажи: девицы и парни в лаптях, суровые старцы, юродивые и колдуны. Фантазией авторов им было предписано перемещаться небольшими группами, словно под гипнозом, с упорством повторяя одни и те же движения на фоне рериховских лаконичных пейзажей, волнистых светло-зеленых холмов. И так до тех пор, пока некая сила не унесет их в еще более необъяснимый, фанатичный экстаз.
Полная противоположность балетной традиции? Несомненно. Но Рерих, Стравинский и хореограф Нижинский (это его идея механического движения) прочно стояли на своем, желая показать преклонение человека перед силой земли. Рерих одел девушек в длинные рубахи, с узорчатой каймой. У мужчин рубахи были короче, на ногах — полотняные штаны, на голове — остроконечные шапки. Костюмы детально воспроизводили славянскую старину — авторам казалось это принципиально важным. Но зрителям 1913 года, собравшимся в тепле бархата и позолоты, не было до этой достоверности никакого дела.
Про выкрики и свист, адресованные постановщикам «Весны», Рерих позже заявит, что грубое поведение недовольных было намного хуже утонченного примитивизма предков. То есть дико, на взгляд художника, повели себя как раз господа и дамы, которые, ничего не поняв, устроили бедлам. Однако среди зрителей этой исторической премьеры почти случайно оказалась некто Габриэль Шанель, которая, кажется, совсем иначе восприняла увиденное. Очень скоро она подружится с Дягилевым и даже поможет ему финансами восстановить этот спектакль несколько лет спустя. По этому поводу, кстати, может возникнуть вопрос: а не в рериховском ли дизайне, среди прочего, кроются истоки дорогой ей идеи элегантности простоты?
«Весна священная», спектакль Русских сезонов с костюмами Николая Рериха, 1913-й год
