Петрушка. Александр Бенуа
Выпуск 4
В соответствии с требованиями РАО нельзя ставить на паузу и перематывать записи программ.
«И вот появляется над ширмами крошечный и уродливый человечек. У него огромный нос, а на голове остроконечная шапка с красным верхом», — такие детские впечатления можно найти в мемуарах художника Александра Бенуа, который в 1911-м году оформил в Париже балет на музыку Стравинского «Петрушка». «Он необычайно подвижный, ручки у него крохотные, но он ими очень выразительно жестикулирует», — отпечатавшиеся в памяти образы словно водят рукой художника при создании эскизов.
Декорации и костюмы, сделанные Бенуа, критика назовет в дальнейшем лучшим, что было создано художником для театра. Все, потому что он оказался свободен от педантичного историзма, скрупулезной детализации, создав некую волшебную театральную среду, населенную героями, небезразличными самому широкому зрителю.
Получилась и вправду довольно универсальная история из жизни кукол: на фоне масличного разгула развертывается драма неудачника-паяца в шутовском колпаке и клетчатых, почти арлекиновских, штанах, который влюблен в изящную Балерину, предпочитающую ему самодовольного Арапа.
Что стоит за этими пестрыми штанами и рубахой в буффонный зигзаг, которыми подчует зрителей Бенуа? Незнание народного быта? Барственный взгляд на кухаркиных детей (учитывая, что художник сам не совсем русских корней)? Или работа на парижскую публику, имеющую свои представления о фольклоре?
Дело скорее в том, что жанру «Петрушки»-спектакля довольно точно соответствует термин «бурлеск» — веселое ироническое развлечение в духе праздничных карнавалов. А здесь как раз Масленица и пестрая ярмарочная толпа, снующая у балаганов, учитывая, что и сюжет балансирует между жизнью и театром. Так что парижский зритель 1911-го года был приглашен в обстановку, допускающую свободную игру деталей, которую подчеркивает синтетичная, игровая музыка Стравинского, а также проникновенный танец Петрушки-Нижинского, достигшего в этой роли своих главных высот.
В итоге, русская экзотика здесь выглядит довольно условной, но очень понятной, в отличие от радикальной «Весны священной» или намеренно лубочного «Шута» — последующих проектов Дягилева на народную тему. Универсальный образ страдающего паяца в окружении однозначно самобытных кучеров, купцов и ряженых — это то, что позволило дизайнерскую работу Бенуа принять сразу и всем.
«Петрушка», спектакль Русских сезонов, декорации и костюмы Александра Бенуа, 1911 г
