Собор Парижской Богоматери. Ив Сен-Лоран

Эти костюмы можно и сейчас увидеть, когда Новосибирский академический театр возобновляет показы спектакля «Собор Парижской Богоматери». До этого с ними можно было познакомиться в Большом и в ленинградском Кировском. Ну, а самом начале была Парижская опера, где в 1965 году Ролан Пети поставил свой главный и единственный, масштабный шедевр: двухактный «Нотр-Дам» на музыку Мориса Жарра с артистами, которых одел Ив Сен-Лоран.

Разрабатывая сценарий балета, хореограф отказался от идеи исторической достоверности и ни в коем случае не хотел «эксплуатировать» лирическую сторону сюжета, отношения внутри любовного треугольника: Эсмеральда, Квазимодо, капитан королевских стрелков. Ему было важно, чтобы «для зрителей прояснился иной драматизм сочинения Гюго»: противостояние человека обществу, соперничество добра и зла. Поэтому на сцену, как никогда прежде, ворвались 1960-е с их юношеским максимализмом, бунтарством, проблемой личной свободы.

Применительно к костюмам этот бунт и вызов устоям выразился в том, что кутюрье представил средневековую толпу красочно яркой в костюмах, соединяющих современность и старину. Так, женщины, включая Эсмеральду, одеты в излюбленные стилистом миниплатья-трапеции, но с исторической шнуровкой на груди. Мужчины носят трико и прямоугольные рубахи, ну, а солдатам и их капитану положены свитшоты с мотивом решетчатого принта — что и на культовом сен-лорановском платье Мондриан (белые, красные, желтые квадраты), включенном, кстати, в коллекцию осенне-зимнего сезона того же 65-го года. Передаваемая таким образом игра цветовых пятен с одновременной прочерченностью контура должна была отсылать к витражам собора, увиденным глазами современного человека. «Я пытался уловить вечную молодость хореографии», — скажет о своих костюмах Сен-Лоран, признаваясь, что получил заряд вдохновения от новаторских идей Ролана Пети.

Между прочим, именно в силу следования этим идеям он отказался выделять графически главных героев, одев Квазимодо, например, как простолюдина просто в коричневую котту, проще говоря — куртку. И это был первый раз, когда горбун был изображен на сцене без своего знаменитого горба, так как, по мысли Пети, главное должна была сказать хореография, и она сказала. При этом костюмы от знаменитого кутюрье ей в этом, несомненно, помогли.